Форма входа

Поиск

Статьи

Главная » Статьи » История » Край Воронежский

Далекое прошлое.
На воронежской земле человек обитал еще во вре­мена каменного века. Следы людей того отдаленного периода обнаружены по берегам Дона у сел Борщева и Костенок, на берегу реки Воронежа у деревни Маслов­ки Рамонского района. Найдены остатки очагов, камен­ные орудия труда и охоты, фрагменты глиняной посу­ды. Учеными изучены следы поселений и погребения людей бронзового и железного веков.

На заре нашей эры в крае жили миролюбивые зем­ледельческие славянские племена. На протяжении ве­ков их поселения не раз подвергались разрушению при вторжении воинственных кочевых народов. В окрестно­стях Рамони и дальше на юг по высокому берегу реки Воронежа до нашего времени сохранились древние го­родища — свидетели жизни славян в IXXI веках. Ав­тору этих строк в июне 1974 года довелось быть участ­ником археологической экспедиции Воронежского госу­дарственного университета на Животинном городище, километрах в пяти южнее Рамони. В культурном слое мы нашли множество осколков грубой лепной керамики, кости животных, обломок железного ножа, костяные ук­рашения, древесный уголь, куски шлака железной руды, запас гончарной зеленоватой глины, следы очага. Часть этих находок хранится в Рамонском народном краевед­ческом музее.

    На окраинах Рамони, на высоких выступах берега реки Воронежа отмечено несколько мест со следами древних славянских поселений. На одном из них стоял, тогда укрепленный городок — предшественник Рамони Городок был разрушен при монголо-татарском нашествии в1237 году, однако имя его не исчезло бесследно. Память народная хранила его в течение нескольких ве­ков в названии оставшегося городища. В 1571 году оно появляется в официальном документе — в «Сторожевой книге», в которой расписывались маршруты русских сто­рожей, выставляемых далеко в поле для наблюдения за движением врага. Один из сторожевых отрядов ездил от Кривого бора на Дону (ныне село Кривоборье на­шего района) «налево до городища до Ромня». Название городища в документе употребляется в родитель­ном падеже. По мнению специалистов древнерусского языка (профессора ВГУ В. И. Собинниковой и канди­дата филологических наук Н. Бландовой), исходная фор­ма — Р о м е н ь.
  Итак, городище Ремень. Откуда взялось это назва­ние? Его могли принести на берег Воронежа в XI веке переселенцы с Черниговщины, основавшие здесь новое поселение. В ту пору наблюдался приток славян в Придонье с левобережья Днепра. Этим объясняется частое совпадение географических названий на Черниговской земле и в Воронежском крае: Воронеж, Усмань и др. К их числу относится и название городка, возникшего на месте нынешней Рамони.
  В современной Сумской области, где река Большой Ромен впадает в Сулу, есть город Ромны, основанный не позже X века. Он упоминается под названием «Ро­мен» в летописи 1096 года, в «Поучении» Владимира Мономаха. Под тем же названием находим его в исто­рической литературе на картах Руси конца X — нача­ла XII века. Существует предположение, что город на­зван по реке Ромен, а река — по цветку ромен (так украинцы называют особый вид ромашки). Примечатель­но, что до XIX столетия город еще сохранял свое старое название — Ромен. После постройки железной дороги станция и город получили общее название — Ромны.
  В подонье, у рязанцев, слово «Ромен» получило мяг­кое окончание «Ромень». Этот топоним и оставил след в названии Рамони.
  Забегая немного вперед, следует сказать о трансфор­мации слова «Ромень». На nopоre XVI и XVII веков к месту Ромня-городища пришли с севера новые поселен­цы. Они переосмыслили название городища по-своему. Нарекли основанное ими село — Рамонь. Взяли слово, близкое по звучанию, но вложили в него понятное им содержание,   смысл   которого  отражал   природные  особенности места. В. И. Даль в своем словаре дает толкование старорусских слов с корнем «рам»: рамо — плечо, округлый спуск от шеи до локтя; рамень, или раменье, — селение под лесом. Так что и «рамо» и «ра­мень» одинаково отражают приметы Рамони: и высту­пы высокого берега, как богатырские плечи, и селение на краю леса.
  Если все сказанное о происхождении названия Рамонь принять за истину, получится такая топонимиче­ская цепь: черниговский городок Ромен... воронеж­ское поселение Ромен... городище Ромень... село Рамонь.
  В начале XII века, с раздроблением Киевской Руси, верховья Дона и все течение Воронежа вошли в состав образовавшегося Рязанского княжества. Через столе­тие после этого, в 1237 году, на Русь надвинулись орды хана Батыя. Первый удар пришелся по Рязанскому кня­жеству, и прежде всего по нашему краю. Гибли в огне селения. Русские люди героически защищались, но слиш­ком велики были силы Батыя. Оставшиеся в живых, ухо­дили на север, за реку Оку. Край опустел на долгие века.
  В 1389 году московский митрополит Пимен, направ­ляясь в Константинополь;, пересекал наш край по Дону на кораблях. Сопровождавший его смоленский дьякон Игнатий писал: «...в четвертый же день проидохом Кри­вой бор; в шестой же день приспехом до Усть Вороне­жа реки». В своих записях Игнатий отмечает запусте­ние подонья: «...ни града, ни села... пусто ж все и не населено: нигде бо видети человека, точию пустыня ве-лия, и зверие множество».
«Пусто и не населено» было еще целое столетие и после того, когда Русь окончательно сбросила монголо-татарское иго и Москва, стала центром Российского государства. Но русские люди не забыли ранее обжитых мест. Знали их природные условия и географические названия. Больше того, смелые и предприимчивые крестьяне из Рязанского княжества откупали на определенный срок по берегам рек Воронежа, Усмани, Ивницы «ухожаи» — места, где они промышляли рыбной ловлей, охотой и сбором меда диких пчел.
  В документе 1585 года среди откупщиков упомина­ется рязанец Демка Айдаров, арендовавший большой участок леса на берегах Воронежа, в районе устья ре­ки Усмани. По владельцу ухожая получил название со­седний Айдаров лог, а затем и деревня Айдарово, воз­никшая поблизости. С ухожаями связаны также назва­ния таких сел, как Пчельники и Чертовицы (Чертовицкая поляна — черта, граница ухожая).
  В конце XVI века Российское государство начало планомерное заселение Воронежского края. Строились города-крепости и защитные сооружения. Первой такой крепостью стал город Воронеж, основанный в 1585 го­ду. Под его защитой стали появляться селения. Сюда направлялись служилые люди для охраны и хозяйст­венного освоения края. Вместо жалованья им отводи­лись земельные угодья. Они были и воинами и хлебо­пашцами, поставлявшими городу хлебные припасы.
  На новые земли стекались крестьяне, бежавшие из се­верных вотчин от непосильного гнета бояр. Вопреки зап­рету их охотно принимали в работники владельцы земли.
  Часть земель отводилась служителям церкви и мо­настырям. Крупным землевладельцем был Карачунский мужской монастырь, расположившийся на высоком бе­регу реки Воронежа. Его земли простирались на запад до берега Дона. Очевидно, название Карачун связано с местными печальными событиями древности, сохрани­вшимися в памяти народа. Это слово тюркского проис­хождения  («кара» — черный, вторая часть неясна).
  Первые селения на территории нынешнего Рамонского района возникали по правому, возвышенному бе­регу Воронежа. Высокие берега, река, пойменные боло­та, озера и большой массив леса служили надежной за­щитой от нападения татар.
  Нам не известны точные даты основания ранних по­селений. Сохранившаяся «Дозорная книга» с перечнем населенных пунктов Воронежского уезда составлена в 1615 году, т. е. 30 лет спустя после начала колонизации края. В ней значатся (кроме города Воронежа и город­ских слобод) 59 поселений, в том числе 26 на террито­рии нашего района. Из них семь сел (с церковью): Рамонь, Березово, Лопатки, Сенное, Ступино, Чертовицы, Гвоздевка (ныне Русская Гвоздевка); 13 деревень: Ай­дарово, Болотская, Енина, Ивницы, Борки, Пруцкая, Пекищево   (Пекшево),    Глушицы,  Остапова   (Ситная), Нелжа, Подгорное, Малая Гвоздевка (ныне Гвоздевка), три сельца: Грязное, Животинное (ныне Староживотинное), Рядное (существовало до 1960 г. на Задонском шоссе, жители его переселились в Чертовицы); два по­чинка: Рудаков (близ Березова, позже слился с селом), Рядной (ныне Медовка); поселение с «животинным дво­ром» при Карачунском монастыре.Даты основания этих селений лежат в пределах 1585—1615 годов. Официально счет времени существо­вания Рамони и других старых селений ведется с 1615 года — с первого упоминания в архивных документах. Деревни Болотская, Енина и сельцо Грязное были как бы продолжением Рамони в южном направлении (рас­полагались примерно там, где ныне улицы Заводская, Победы, Чапаева) и принадлежали различным владель­цам. Позже они потеряли значение самостоятельных на­селенных пунктов, влились в Рамонь.
  Из «Воронежской писцовой книги» 1629 года видно, что к этому времени сформировавшийся Воронежский уезд делился на четыре стана: Чертовицкий, Карачунский, Усманский и Борщевский. Рамонь, состоявшая из 45 дворов, и другие 15 селений (от Чертовиц вверх по реке, кончая Лопатками) входили в Чертовицкий стан. Карачун, Пекшево, Глушицы, Сенное отходили к Карачунскому стану, а Нелжа и Ступино — к Усманскому.
  В Чертовицком стане числилось 16 дворов служи­телей церкви, 100 помещичьих, 309 крестьянских и бобыльских дворов. Во владении помещиков было около 10 тысяч десятин пахотной земли, не считая сенокосных и лесных угодий.
  Тревожная жизнь выпала на долю обитателей но­вых, необжитых мест. Над ними постоянно висела угро­за татарских опустошительных набегов. В «смутное вре­мя» на Руси (конец XVI — начало XVII в.), когда про­исходила частая смена царей, а в глубь страны вторга­лись польско-литовские интервенты, под Воронеж в 1613 году пришел с казаками атаман Иван Заруцкий, сто­ронник польской авантюристки Марины Мнишек. Заруцкий разорил и пожег многие селения, в том числе деревни Остапова (Ситную) и Синдяково (ныне село Липецкой области). Путь на Москву ему преградили ратные люди князя Одоевского. Жаркая двухдневная битва произошла на полях между Рамонью и Синдяко­во. Заруцкий, разбитый наголову, бежал
  Почти целое столетие, вплоть до второй половины XVII века, продолжались набеги крымских татар. Их всадники часто прорывались через укрепленную линию, грабили, жгли села, убивали или уводили в плен жи­телей.
  «Воронежская писцовая книга» 1629 года упоминает о полном разорении татарами Большой и Малой Гвоздевок, расположенных на правом берегу Дона. В той же книге говорится, что в слободке при Карачунском мо­настыре пустуют 27 дворов из-за разорительного набе­га татар в 1623 году и притеснений со стороны игуме­на Варсонофия. Известно также о набеге татар на село Нелжу, принадлежавшее казачьему атаману Борису Ка­менное Ожерелье: в 1641 году село они сожгли, иму­щество разграбили, а жителей увели в плен.
  Особенно опустошительным был набег татар в 1644 году. Под начальством тридцати мурз они наступали по всей укрепленной линии между Воронежем и Тамбовом. В воронежской и усманской «Писцовых книгах» 1646 го­да перечисляется множество сел и деревень, разорен­ных дочиста, среди них села Ступино и Пчельники. Стра­дая от таких бедствий, жители Усманского стана в ян­варе 1645 года подали в Москву челобитную, в которой говорилось: «К нашим селам и деревням бывают при­ходы татарские беспрестанные, и нас побивают, и на­ших детей и жен в полон поймали многих, и хлеб сеять не дают, а который и был посеян, и тот на полях за­стоял».
  В 1659 году Карачунский монастырь и селение при нем снова подверглись нападению татар. Об этом в че­лобитной сообщалось: «...приходил под Воронеж крым­ский хан войною и монастырь их разорил, прежнего строителя взяли в полон, а братию всех и крестьян посекли, а иных крестьян же и жен и детей побрали в полон, а уходцов, крестьян же и детей их осталось семь человек и те одинокие». Впрочем, монастырь вскоре был восстановлен. Его упразднили в 1764 году.
  В середине XVII века было предпринято строитель­ство новых укрепленных городов. Линия обороны с ре­ки Воронежа передвинулась на реку Усмань, а затем дальше на юг и на восток. С основанием города Землянска (1657 г.) началось планомерное заселение право­бережья Дона. К этому времени возобновилась жизнь в разрушенных ранее селениях за Доном. В Малой Гвоздевке поселились выходцы с Украины. Она стала назы­ваться Панской Гвоздевкой. Такое название села сохра­нялось долгое время и после того, как в 1717 году ее жителей переселили на юг, к Богучару (ныне Гвоздевка). В отличие от нее соседнее село назвали Русской Гвоздевкой.
  В период освоения края трудовое население несло большие тяготы. Крестьяне привлекались к сооружению и ремонту укреплений (рвов, надолб и др.), на восстановление города Воронежа, который несколько раз го­рел. Система обороны предусматривала непременное участие мужского населения «в стоянии па сторожах». Землепашцы платили немалые денежные подати и в обязательном порядке поставляли зерно, другие сель­скохозяйственные продукты для города и для «донских отпусков» (то есть «царского жалованья» донским ка­закам за помощь в охране края). Кроме того, часть на­селения участвовала в постройке речных судов. На рамонской, березовской и ступинской пристанях строи­лись небольшие суда-струги для перевозки по рекам различных грузов. В 1677 году воронежский воевода Волков в своем требовании к костенскому приказному писал: «И тебе б, господине, по указу Великого Госу­даря к тому струговому делу костенцев плотников и кузнецов и работных всяких людей, с лошадьми и с то­поры и со всякими струговыми припасы и с их запасы, выслать в Воронежский уезд в село Рамонь, на Волчью пристань».
  Когда миновала угроза татарских набегов, создались благоприятные условия для развития хозяйства. Плодо­родные черноземные почвы давали хорошие урожаи. Особенно удавались рожь, пшеница, овес, ячмень и гре­чиха. Близость судоходных путей — рек Воронежа и Дона — обеспечивала сбыт зерна.
Категория: Край Воронежский | Добавил: pushkinsergey (02.06.2010)
Просмотров: 3945 | Теги: воронеж
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0